Капитан молча сбросил с плеч легкий плащ. Кинул Триксу.

— Надень это, господин Трикс. Зачем проливать лишнюю кровь. Я выведу тебя из дворца.

Трикс посмотрел на упавший к ногам плащ. Спросил:

— Что с моей матерью?

— Она повела себя достойно. Приняла яд и бросилась в окно, — Сид уважительно склонил голову. — Погибло всего пять человек, со-герцог. Не становись шестым.

Трикс молчал. Поступок матери его ничуть не удивил: она поступила так, как сказано в балладах и хрониках. Наверное, еще подошла к окну, выходящему на городскую площадь — чтобы больше народа увидело ее отважный поступок.

— Не хнычь, Трикс, — тяжелая рука Сида опустилась ему на плечо. — Не ко времени.

Совсем рядом — на поясе Сида — были ножны с кинжалом. Только протянуть руку…

— И не глупи, — предупредил Сид. Трикс нагнулся и поднял плащ.

— Пошли, — велел капитан.

— Найди мне веревку, — попросил Трикс. Хотел потребовать, но получилась только просьба.

— Зачем? — не понял Сид.

— Штаны без ремня спадают. Я далеко не уйду.

Сид, не споря, отрезал от ящика с кузнечными инструментами широкий прочный ремень и подал Триксу.

Под плащом стало тепло. Трикс надвинул на глаза капюшон — так велел Сид — и смотрел только в пол. Они поднялись из подземелий какими-то узкими грязными коридорами, Трикс даже не смог их опознать, вышли во двор. Было тихо. Очень по-мирному тихо — в конюшне негромко ржали кони, из открытых окон кухни доносилось звяканье посуды, на башне часы пробили четверть первого. Трикс приподнял голову: кое-где в окнах горел свет. Даже стражники стояли там, где и должны были стоять — но теперь это были другие стражники.

— Только трое слуг дрались до конца? — спросил он.