– Если я сегодня не надерусь до полной аннигиляции, – задумчиво проговорил Юр, – то моя нервная система просто зависнет. И не отговаривай: если ты не примкнешь, то я буду чокаться хоть бы и с причальной трубой, но от своего не отступлюсь. Здоровье важнее. Только не говори, что лучше сперва осмотреться, прийти в себя… Мы только так и сможем прийти в себя. Ну?

– Я думаю, – задумчиво ответил Козырь, – что мы двинем в «тропики». Только сперва надо рассчитать все с полной точностью. Чтобы не получилось так, как после прошлой инспекции, когда уже к ночи все кончилось досуха, и пришлось ползти на склад за пополнением. Мне было очень стыдно. Так что озаботься.

– Тогда мы были в лучшей форме, – сказал Юр. – Пожалуй, сейчас надо взять раза в полтора против того количества.

– Хочу жить со спокойной совестью, – заявил капитан. – Так что бери вдвое.

– Тяжело нести будет.

– Не сами же потащим. Возьмем тележку. Еще нужно что-то, на чем полежать под жарким солнышком, пару пневматиков, что ли. Вообще – подумай о комфорте. Случай все-таки выдающийся, надо, чтобы было потом, что вспомнить.

Колян Юр представил, как они разлягутся на пневматиках в оранжерее, которую называли «тропиками», в теплом свете рефлекторов, питье привезут в термосумках, где оно останется холодным, а закуску можно рвать прямо с грядок. Благодать! Он проглотил набежавшую слюну. И сказал:

– А не слишком ли мы размечтались? Знаешь, судьбу искушать – дело рисковое. Она тетка ехидная…

– Это верно, – согласился капитан Козырь. – Да только что тут может помешать? Все графики я наизусть помню, четверо суток в наших краях все будет мирно – никто не возникнет ни туда, ни оттуда. Пространство чистое, народ у нас в команде надежный – на вахту всегда заступают трезвыми, медицина, как говорится, творит чудеса. И вообще, это было бы уж слишком жутким свинством – если бы что-то вдруг приключилось.