Воздух рассекло сразу несколько предметов, несущих смерть. Впрочем, у меня сложилось впечатление, что волшебник просто решил напомнить мне, что он все еще здесь. Разве я мог о нем забыть?

Я откашлялся:

- Мы можем договориться?

Кирпичная кладка стены передо мной начала медленно оседать. Я сотворил быстрое защитное заклинание - противник не желал вступать в переговоры.

- Ладно, Лойош, есть какие-нибудь идеи?

- Предложи им сдаться, босс.

- Им?

- Я видел троих.

- Ага. Ну а еще предложения есть?

- Ты пытался попросить подкрепление у своего помощника?

- Я не могу с ним связаться.

- А как насчет Маролана?

- Ничего не вышло.

- Алира? Сетра?

- То же самое.

- Не нравится мне это, босс. Одно дело - блокировать Крейгара и Мелестава...

- Ты прав.

- А они могут блокировать не только телепортацию, но и псионическую связь?

- Хм-м. Я не подумал. Не знаю, возможн...

Наш разговор прервал дождь острых предметов, пролившийся в результате нового заклинания. Я отчаянно пожалел, что не являюсь лучшим волшебником, однако сумел поставить блок, одновременно вцепившись левой рукой в Разрушитель Чар - восемнадцатидюймовую золотую цепь. Я почувствовал, как меня охватывает гнев.

- Спокойно, босс. Не надо...

- Я знаю. Скажи мне, Лойош, кто они? Это не люди с Востока, поскольку применяют против нас волшебство. И не Империя, потому что Империя не устраивает ловушек. Организация тут тоже ни при чем: они не станут заниматься такой ерундой - просто прикончат тебя, и все. Так что же происходит?

- Не знаю, босс.

- Возможно, следует взглянуть на них повнимательнее.

- Только не делай глупостей.

Я ответил грубостью, потому что ужасно разозлился. Еще немного, и я что-нибудь предприму - разбираться, глупо это или нет, будем потом. Я раскрутил Разрушитель Чар и поудобнее перехватил рукоять рапиры. Затем скрипнул зубами, послал молитву Вирре, Богине Демонов, и приготовился встретить своих врагов.