С некоторой опаской я положила руку на рыжую, точно огонь гриву. Пальцы машинально погладили шёлковые пряди. Гладкая бархатная шкура лоснилась в лучах солнца, вспыхивая мириадами искр, так что казалось словно вся лошадь волшебное порождение пламени.

Словно специально для меня подбирали!

"Рада, что тебе понравилось." — певуче донёсся отзвук леса. Я пробурчала нечто невнятное и изучающе посмотрела коню в глаза.

"Ну и как мне тебя называть?"

По правде сказать, я не надеялась на ответ, даже в образе песни. Так ли давно я пыталась найти общий язык с представителями рода кошачих, навечно покоривших меня своей грациозной гибкостью и чувством собственного достоинства. Но учитель лишь тихо посмеивался над моими стараниями, повторяя своё знаменитое "гармония достигается лишь тогда, когда исчезают все диссонансы". А их-то в моей неумелой песне, по сравнению со скользящими величественными симфониями Рантиира, было более чем достаточно.

Посему я очень удивилась, услышав в ответ вполне отчётливое слово:

"Фламель."

— Фламель так Фламель, — покладисто согласилась я и с некоторым усилием забралась в седло, постаравшись выглядеть, насколько это было возможно, спокойной и уверенной в себе. Принц покосился на меня с изрядным любопытством, и я ещё раз выругала себя за неосторожность: человек, разговаривающий сам с собой, выглядит по меньшей мере глупо.

— Вы знаете, в какую сторону нам следует ехать, серра? — натянув поводья, поинтересовался Ветар. Я прищурилась, открывая сознание Астралу. Мгновением спустя, когда отпечаток карты восстановился в памяти, я выпрямилась и уверенно тронула узду направо. Фламель послушно перешёл в легкую рысь. Принц, помедлив секунду, направил своего скакуна следом.

После некоторого напряжения я поняла, что с седла мне в процессе скачки не слететь, ибо шаг рыжего коня был до восхищения ровен и лёгок, и успокоилась. Моё внимание снова обратилось к лесной магии, неосязаемым облаком окружавшей нас.