Когда гости встали из-за стола, я немедленно подошел к Вале, сказал о себе несколько слов и попросил у нее разрешения проводить ее домой. Она одобрительно кивнула, вынула из кармана кофточки блокнотик, четким почерком написала свой адрес и, вырвав листок, с улыбкой подала его мне.

С того дня я думал только о Валентине. Мы стали встречаться, ходить вместе в театры и музеи. Мне было легко и хорошо с этой замечательной девушкой. Мысленно я дал ей такое ботаническое наименование: Фиалка Молчаливая.

Через полгода я признался ей, что жить без нее не могу и прошу ее стать моей женой. И она в ответ написала в блокнотике: «Я согласна…»

Сразу после свадьбы я получил от института двухкомнатную квартиру в новом районе. Началась наша совместная счастливая жизнь. У нас не было ни ссор, ни пререканий, мы жили душа в душу, и я благодарил свою судьбу за то, что на моем жизненном пути встретилась мне Фиалка Молчаливая. Как счастлив я был с ней!.. – воскликнул Ботаник, и слезы навернулись на его глаза.

– «Был»? – переспросил я. – Но разве она умерла?!

– Нет, она жива, – ответил мне собеседник. – Слушайте дальше.

Прошлым летом я решил показать молодую жену своим старикам. До Красноярска мы ехали поездом, ибо после известного вам случая Валя избегала пользоваться воздушным транспортом. Но из Красноярска в мои родные места надо или плыть на пароходе, или лететь. Чтобы сберечь время, я уговорил Валентину преодолеть свой страх, и вот мы погрузились в десятиместный моторный самолетик местной авиалинии. Когда мы произвели промежуточную посадку на каком-то маленьком лесном аэродроме, в самолет залетело несколько больших сибирских слепней, которых там зовут паутами. Едва мы снова поднялись в воздух, эти зловредные насекомые начали жалить пассажиров. Тогда молодой летчик сказал, что он сейчас расправится с паутами, – они не выносят смены давления.