– Настоящих? – невинно переспросила Хелен. На губах ее заиграла прежняя детская улыбка. Сид Джейкс бросил на нее свирепый взгляд.

– Малолетним девчушкам там делать нечего, – отрубил он. – На Фаланге происходит нечто странное. За последние полтора года мы потеряли там трех агентов. Их всех разоблачили и предали суду по надуманным обвинениям. Один якобы оказался убийцей, другой – заговорщиком, а третий просто не проявил должного почтения к Каудильо. Это все страшные преступления на Фаланге. Среди трех тысяч миров, которые входят в Организацию Объединенных Планет, не много спецслужб, равных по своей серьезности фалангистской Policia secreta

Сид Джейкс вдруг выскочил из-за стола и забегал по кабинету.

– Да если на Фалангу просто удастся высадиться – и то, считай, повезло! Что уж говорить о свержении правительства!

– Свержении? – заинтересованно спросил Пьер Лоран. – Ли Чан нас об этом не предупреждала.

Шеф– инспектор Отдела G повернулся к говорившему.

– Раз вы агент этого бюро, у вас все-таки должна быть голова, а не чайник! Чем вы занимались до вербовки?

– Был и остаюсь поваром, – гордо заявил Лоран.

– Повар! – Джейкс в изнеможении возвел очи горе. Потом поглядел на женщину. – А вы?

– Я домохозяйка.

– Домохозяйка… Разрази меня гром! Несомненно, Ли Чан Чу кое-что вам разъяснила, но никакой другой подготовки у вас, как я понимаю, не имеется?

– Нет.

Джейкс снова плюхнулся в свое вращающееся кресло. Закрыв глаза, он произнес:

– Все, сдаюсь. Ухожу в отставку. Вместо трех наших лучших погибших агентов мне прислали бугая-ученого, одуванчик в детском костюмчике да повара с домохозяйкой.

Доктор Дорн Хорстен встал. Роста в нем было по меньшей мере футов шесть с лишним, а весил он фунтов двести сорок. Правда, впечатление громоздкости скрадывалось традиционным костюмом, пенсне, а главное – типично профессорским выражением лица.