И он обязан ее ждать. Слово, данное женщине, нельзя нарушать под страхом смерти, -кроме тех случаев, когда обещаешь провести рядом с этой женщиной остаток жизни. И вероломство лучшего друга, не договорившегося, естественно, насчет лодки к борту, не могло остановить Франсиса. И шторм четыре-пять баллов, никак не меньше! - тоже не мог. Вот только плыть в полном обмундировании с кортиком включительно удовольствие ниже среднего. Да и вид после такого заплыва не ахти. ... Франсис облокотился на чугунную решетку и вытянул ноги, подставляя сырые джинсы жаркому солнцу. Гражданской одежды он не носил уже целую вечность: а что прикажете делать, если женщины всего мира, как известно, предпочитают мундир? Даже в отпуску лейтенант Брассен не был намерен терять столь важную составляющую своей популярности. Так что ему с большим трудом удалось отыскать эти шмотки на самом дне шкафчика. Певица, чьи элементы осыпались с футболки, сошла с эстрады лет семь-восемь назад, а рассчитанные на юношескую талию джинсы слегка жали в поясе. Зато свежий ветерок беспрепятственно обдувал тело, нейтрализуя увековеченные хлипкой барышней тридцать два градуса, ничто не мешало расправить как следует плечи, и вообще, Франсис давно не испытывал настолько фантастического чувства раскованности, всемогущества и не знающей преград свободы!... Если Лара не придет, он не потащится к ней в коттедж и не будет больше торчать, как дурак, на съемках. Он придумает что-нибудь такое... ну, придумает что-нибудь. В конце концов, ни на одной женщине на свете этот самый свет еще ни разу не сходился клином. К его, лейтенанта... нет, сегодня просто Франсиса Брассена, услугам весь южный, красочный город, который они покидают послезавтра, чтобы уйти на север, к зиме, холоду и снегу. И если уже пришлось сбежать из-под ареста в самоволку, можно найти тысячу способов провести ее так, чтобы запомнилось и самому, и всем, кто ему сегодня повстречается. А ну ее, эту Лару Штиль! Надо было уступить ее Полю. Он потянулся. Плечи еще болели после плавания.