[3], а другие казались странными, - но больше всего у нее вызывали тревогу иностранцы. Ей никак не удавалось смириться с мыслью о людях, родившихся вне Земли и никогда на ней не бывавших и не видевших ее; людях, которые зачастую не проявляли к Земле ни малейшего интереса.

- Почему вы живете здесь, мистер Фрай? - спросила она. Фрай рассмеялся.

- Потому что не хочу провести остаток жизни там. - И он обвел рукой горизонт. - Застрять на каком-нибудь богом забытом дрейфующем островке на долгие годы, где не с кем поговорить, кроме исследователей и мрачных беженцев, негде развлечься, за исключением грязных воздушных станций, а между тобой и адом нет ничего - лишь тысячи километров воздушного пространства… - Он вновь рассмеялся. - Уж поверьте мне, Назарио, вы тоже покинете эти места.

- Возможно, так и будет, - ответила Бьянка. - Однако вы вернулись.

- Я здесь из-за денег, - сказал Фрай. - Как и вы. Бьянка улыбнулась, но ничего не ответила.

- Вы знаете, - продолжал через некоторое время Фрай, - им придется убивать заратанов, чтобы забрать их отсюда. - Он посмотрел на Бьянку и улыбнулся: вероятно, хотел, чтобы его улыбка показалась ей отвратительной. - В мире нет такого корабля, который смог бы поднять на борт заратана, даже самого маленького. Браконьеры выкачивают из них воздух, потрошат, делают плоскими, а потом сворачивают. Но даже после этого они выбрасывают все, кроме кожи и костей.

- Странно, - задумчиво сказала Бьянка. Ее маска вновь вернулась на место. - Вместе с контрактом я получила материалы о зарата-нах и успела изучить большую их часть во время путешествия. Словом, Консилиум считает заратанов видом, охраняемым законом.

Фрай заметно смутился, и Бьянка рассмеялась.

- Не беспокойтесь, мистер Фрай, - сказала она. - Я точно не знаю, за что мистер Валадез собирается платить деньги, но мне и в голову не приходило, что работа будет легальной.