Причем собираться по первому зову любого члена компании, и не для простого застолья, а для того, чтобы оказать ему помощь, если он в ней нуждается. Несмотря на то что они были тогда молоды, им хватило житейской мудрости с самого начала оговорить главное условие этих встреч: помощь должна носить исключительно духовный характер, ни в коем случае не меркантильный, — право же, ничто так не способствует долголетию добрых товарищеских отношений, как независимость друг от друга в денежном или ином корыстном смысле.

— Карел выдвинул дельное предложение, — веско проговорил Серпино, в очередной раз промокая салфеткой пышные усы. — Раз у Фреда такой мерзкий характер, пусть уж будет мерзким и его журналистское амплуа…

— Речь идет, — вставил Бейли, — всего лишь о том, что такое положение Честера надо в редакции узаконить. Пойдет ли на это Верблюд? Или, может, ты поговоришь с ним, Клод, тем более что он держит свой капитал в твоем банке?

— Никогда не думал, что человек, занимающийся чистой наукой, может обладать такой низменной житейской информацией, — проворчал Клод Серпино.

На маленькой эстраде тем временем появилась девица и со смущенной улыбкой школьницы стала медленно раздеваться в такт музыке.

— Симпатичная малышка, — оживился Валери Шмерль, отвлекая внимание друзей в самый напряженный момент общего разговора. — Да ведь каких денег небось стоит!

— Из твоей одной Матильды можно сделать десяток таких малышек, — съязвил Кахиня.

— Что ты хочешь этим сказать? — начал было заводиться Шмерль, однако Гард, произнеся короткое «Брек!», прервал раунд.

— Друзья, — сказал он, наполняя бокалы, — вернемся к нашим баранам!

— Ты хотел, вероятно, сказать: к барану, то есть к Фреду? — не сдержался Кахиня.