Протектор нахмурился, прищурив глаза, потом расстроено покачал головой. В отличие от большинства грейсонцев, он учился вне планеты, на самой Старой Земле. Традиционно на Грейсоне считалось, что от женщины нельзя ждать исполнения мужских обязанностей, но сам-то он побывал в обществе, где одна лишь мысль о том, что мужчины и женщины могут быть не равны, казалась абсурдной. Бенджамин принял эту точку зрения, но, несмотря на искренние убеждения, он был настоящим грейсонцем, а Хонор Харрингтон спасла его семью. Насколько инстинктивное стремление защитить женщину влияло на его суждение?

– Может, вы и правы, – сказал он после долгого молчания.– Мне бы не хотелось, чтобы вы оказались правы, но это тут уже ни при чем.– Задумчиво потерев подбородок, он взглянул на Мэтьюса.– Я не хочу сказать, что согласен или не согласен с вами, но почему все это так важно именно сейчас?

– В ближайшие два месяца мантикорцам придется вывести из системы Ельцина последние крупные подразделения, ваша светлость, – тихо сказал адмирал.

– Это правда? – Бенджамин выпрямился, и Мэтьюс кивнул.– Ни мне, ни канцлеру Прествику никто ничего не сообщал, во всяком случае пока.

– Я не говорил, что они уже приняли такое решение, ваша светлость. И не говорил, что им хочется. Им придется – выбора у них нет.

– Почему?

– Потому что баланс смещается.– Мэтьюс положил китель на колени, достал из кармана старомодный блокнот и открыл его, чтобы свериться со своими подсчетами.

– За первые шесть месяцев войны, – сказал он, – Мантикора захватила девятнадцать хевенитских звездных систем, включая две крупные базы флота. Их общие потери в крупных кораблях составили два супердредноута и пять дредноутов, тогда как у хевенитов уничтожено сорок кораблей стены.