Сегодня цвета костюма Эрика были ярче, чем когда-либо: его комбинезон излучал сногсшибательную зелень. Производя на Кирстен впечатление о несоответствии обстоятельствам, этот густой и насыщенный цвет - открытое выражение интереса - был своего рода эквивалентом плотоядного взгляда. Эрик ждал. Кирстен пила.

– Ты кажешься очень спокойной, - сказал он.

Его одежда не вязалась с его словами, и Кирстен решила откликнуться лишь на фразу. Слово «спокойная» определенно было преувеличением. Однако можно было согласиться - ради общего мира.

– Я просто счастлива, что я здесь, - отозвалась она.

А если честно, счастлива очутиться где угодно, кроме гиперпространства… где сами размышления об исчезающем небытии делали ее раздражительной. Неужели, проделав путь длиной в десять световых лет, она так и не получит права хоть на частичное исполнение своих желаний и на утешение?

Эрик продолжил:

– Здесь всегда ждет разочарование. То, что ты привела нас сюда и, возможно, вернешь домой, и будет самым главным в этом путешествии.

Он что, смеется над ней? Кирстен подумала, что еще во время тренировок весьма вежливо отвергла все его заигрывания. Не было произнесено ни единого слова; она ограничилась стилем одежды и языком тела, выразив полное отсутствие интереса. С тех пор всякий раз, когда они оставались наедине, его поведение явно не соответствовало обстоятельствам. Оно всецело могло быть намеком на что-то, или насмешкой, или выражением приниженности, или чем-то еще.

Несс собрал поистине очень способный экипаж… если принять во внимание индивидуальность каждого. Возможно, было излишне ожидать, что он в состоянии предвидеть, как будут взаимодействовать три изолированных от общей массы резерванта. Или, поскольку Омар заключил долгосрочный родственный контракт на континенте Аркадия планеты ПЗ-4, может быть, Несс считал себя их с Эриком «свахой». Подобная идея вызывала у нее злость.