Голубь хотел выбросить чужое яйцо, но голубка его остановила:

- Не выбрасывай! Не видишь, яйцо в крапинку? Это Кукушкино. Оно потому в крапинку, что Кукушки сами рябые, пёстрые. А яйцо я высижу, а потом Кукушка прилетит за своим Кукушонком...

Так и сделали витютьни. Голубка села яйца высиживать, а голубь ей корм приносил. Пришло время, вылупились птенцы витютьней, а следом за ними и Кукушонок из яйца выбрался. Да такой большой! Рот почти с гнездо.

- Как же мы такого здорового прокормим? - забеспокоился витютень.

- Прокормим, - беспечно отозвалась голубка и погладила Кукушонка по громадной голове крылышком, а голубь весь день летал по лесу, добывая корм для своих и чужих детей. Он надеялся, что на следующий день прилетит мама Кукушонка, и станет сама приносить еду для своего большеротого птенца.

Но мама Кукушка не появилась ни на следующий день, ни позже. Она оказалась настолько беспечной, что позабыла, в какое гнездо подложила яйцо.

А для бедных витютьней наступили чёрные дни. Голубю и голубке с трудом удавалось прокормить своих голубят, да ещё и Кукушонка.

А он оказался невероятно горластый и прожорливый. Только и делал с утра до вечера, что просил есть.

Бедные витютьни так уставали, что не могли не то что добыть пищу для себя, но даже за глотком воды слетать.

И вот сидели они на ветке и жалобно просили:

- Пиииить! Пиииить! Водич - ки! Водич - ки!

Так с тех пор и кричат витютьни.

Кукушонок всё же вырос, и оказалось, что это вовсе даже не Кукушонок, а Кукушка. Выросла она большая, но летать не хотела, ловить мошек и комаров для себя не желала. Сидела в гнезде, и ждала, раскрыв рот, когда ей туда что-то положат.

Наконец кончилось терпение витютьней.

- Ты или сама для себя еду добывай, или улетай совсем из нашего гнезда, - потребовали они у Кукушки.