Что я только не делал! Я и растопку перекладывал, и дрова тоже, и в печку дул старательно, - ничего не помогало...

- Не, братка, так у тебя дело не сладится. Открой заслонку, угоришь...

- А ты почём знаешь? - увлечённый растопкой, не очень вежливо фыркнул я.

И тут же опять едва не подпрыгнул, хватаясь за топорик и оглядываясь...

Он стоял, прислонившись к косяку прямоугольной двери, вырисовываясь тёмным силуэтом. Я готов был поклясться, что закрыл за собой дверь, но сейчас она была распахнута, а я даже не слышал, чтобы её открывали. Мужчина стоял на пороге, не делая попыток войти. Разглядеть его в лицо было невозможно, он стоял в темноте, не переступая порог, но мужик был крупный, рослый и плечистый.

- Я-то знаю... - с усмешкой, непонятной мне, ответил он на мой вопрос. - Открой заслонку, увидишь, сразу всё будет хорошо... Ты что, испугался меня? - спросил он, заметив мою нерешительность.

- А что мне тебя бояться? - храбрясь, ответил я.

Хотя, конечно же, если и не напуган, то насторожён был, это точно.

Откуда в этой ночной глухомани, в грозовую ночь, взяться человеку?

"Может, дезертир, или преступник беглый?" - пронеслось у меня в голове.

- Да не сомневайся ты, - добродушно, хотя и бесцветным голосом, сказал мужик. - Я своё отбегал. Мне бегать не от кого, да и не откуда.

- Извини, - смутился я. - Это я про себя подумал, да видно растерялся и вслух сказал. А что мне бояться? Что с меня взять?

- Я и вижу, что ты никого не боишься, - невидимо усмехнулся гость. Даже в избу не приглашаешь

- Извини, - совсем сник я. - Говорю, растерялся... Заходи, конечно. Сейчас чайку можно попить, а по случаю знакомства и покрепче найдем кое-что... Меня, кстати, Дмитрием зовут... А тебя?