Теперь щелканье фотозатворов, жужжание кинокамер стали оглушительными. В задних рядах журналисты вскакивали с мест и вытягивали шеи. Телекамеры двигались справа налево, вслед за контейнером, пока столик на колесиках — его везли двое людей в белоснежных халатах — не остановился возле стола президиума. Несколько мгновений телережиссер давал кубконтейнер крупным планом, потом общий вид волнующегося зала.

Президент поднял руку. Шум и движение не стихали. Броуновское движение фото- и кинорепортеров не прекращалось. Телережиссер крупным планом показал всему свету лица четырех человек, сидящих за столом президиума рядом: космонавта Кирилла Храбростина, художника Гелия Команова, молодой детской писательницы Татьяны Храбростиной и школьного учителя Александра Анатольевича Спиридонова. Учитель — весь мир теперь знал, что он преподает историю в маленькой сельской школе, любит рыбную ловлю и московский «Спартак», — заметно волновался. Но наконец на миллиардах телеэкранов снова показалось лицо Президента: пресс-конференция была открыта.

Во всех направлениях мировой эфир пронизали сотни, тысячи голосов: на всех языках переводчики повторяли одно и то же. Слова Президента Академии наук были обыденно просты, привычны, обыкновенны, однако вместе они выстраивались в какой-то невероятный фантастический ряд, в предложения, которые до этого еще ни разу не были произнесены на Земле.

Приветствие, обычное обращение ко всем присутствующим. Затем:

— О беспрецедентном событии, что имело место 11 августа сего года, все уже осведомлены по сообщениям газет и иных средств массовой информации. На руках участников данного собрания есть и специально подготовленные пресс-бюллетени. Все это позволяет мне быть кратким. Итак, суммируя, можно сказать следующее: искусственное происхождение аппарата, попавшего на Землю, не вызывает сомнения. Исследования, проведенные с помощью специальных интроскопометодов, позволяют утверждать, что внутри он полый и в полости размещены устройства неясного пока назначения.