— Я тоже пойду. — Сергей осторожно освободился от Ани и подошёл поближе.

— И я, — немедленно поддержал его «кожанный».

— И я. — Последний из разведчиков остервенело перематывал портянку. — Никак не получается, — тихо и стыдливо добавил он.

Лужин, не чуя под собою ног, поднялся, подошёл к парню и начал показывать ему, как правильно это делать. Все притихли.

— Папа! Я тоже пойду! — Аня повернулась к мужу и очень похоже изобразила свою мать. — Милый, не спорь. Я теперь за тобой всюду. Ой! Папка! — Девушка прижала руки к груди.

— Ты. Ты. У тебя.

Иссиня-чёрные усы и остатки волос на висках отца были белоснежно-белыми.

Ужин у Маляренко удался. Алина расстаралась на славу, доказывая своему мужчине, что она, помимо многих других талантов, ещё и чудесно умеет готовить. Иван слопал всё, что ему подали на персональной серебряной тарелочке с узорами, и довольно отвалился. Что делать с этой бабой, он так и не решил. Мысленно махнув на всё рукой, Маляренко хлопнул ладонью рядом с собой.

— Алина! Хватит тебе с Машей ночевать. Домой!

Мария с трудом подавила улыбку и отвернулась — именно так Иван Андреевич всегда подзывал к себе пса. Но сейчас Бим был слишком занят косточкой и на хозяина никакого внимания не обратил, зато Алина, восторженно пискнув, тут же пересела на указанное место. Машка расхохоталась и, эротично раздеваясь на ходу, ушла к себе в шалаш.

«Вот сука!» — подумал Ваня в восхищении.

Опять.

— Ну что? Отвёл душеньку? — Мария, как ни в чём не бывало, сидела у очага и разогревала завтрак. — Силён ты, Иван свет Андреевич. Ты её там, часом, до смерти не затрахал?

Ваня насмешливо посмотрел на повариху и нарочито вызывающе почесал своё хозяйство.

— Не знаю. Сходи — пульс пощупай.