Никак не могу решить, с чего начать. Я осознаю, что мои статьи в академических журналах никоим образом не годятся в качестве образца, но насколько я понимаю, любая литературная работа должна хоть в какой-то степени подчиняться логике, а значит, изложение следует вести более-менее по порядку. Так что, пожалуй, лучше всего начать с медведей.
Это лето выдалось для медведей нелегким. Ягода не уродилась, а желуди не созреют до самой осени. Медведи ищут съедобные корни, в поисках личинок, муравьев и прочих насекомых роются в трухлявых колодах, трудолюбиво и с отчаянием подолгу откапывают какую-нибудь ничтожную мышку или суслика, или без особого успеха пытаются добыть в ручье форель. Некоторые, подгоняемые голодом, перебрались из лесов поближе к человеческому жилью или рыскают в окрестностях санаториев, по ночам выходя из логова, чтобы совершить набег на мусорные контейнеры. Это вызвало большой переполох. Двери и окна на ночь запирают, задвигают засовами и закрывают ставнями. Мужчины старательно начищают и смазывают оружие. Не обошлось, разумеется, и без стрельбы, жертвами которой пали тощий мишка, бродячий пес и корова. Отдел фауны Государственного депармамента по делам заповедников издал столь характерный для закоренелой бюрократии тяжеловесный и помпезный циркуляр, в котором рекомендуется медведей не трогать, так как они голодны, а следовательно раздражены и могут представлять опасность.
Через день-другой после выхода циркуляра смерть Стефана подтвердила правильность этих рекомендаций.