Те, кто находился возле этого пункта, чутко вслушивались в каждое слово, произнесённое водолазом. Пытались уловить малейший посторонний шум, который мог означать все, что угодно, - от вращения винта ближайшего буксира до вырывающихся из системы подводного дыхания пузырьков углекислого газа.

– Ничего не видно… Эти поганые буксиры подняли со дна всю грязь, какую только возможно. - В динамике отчётливо слышались прерывистое дыхание Сергея и шум закипающих вокруг шлема пузырьков. - Даже фонарь не светит больше чем на метр. - Судя по тяжёлому и вязкому голосу, Хаммеру здорово доставалось. - Эй, парни, никто не хочет составить мне компанию?… Можно запросто заблудиться в этом чёртовом дерьме! - И водолаз прибавил ещё несколько вполне обычных для такого случая выражений.

– Ищи трос, - коротко распорядился кэп, языком передвигая из одного угла рта в другой донельзя изжёванную спичку. - Сейчас он должен быть несколько ослаблен из-за противодействия буксиров. Хватай железку и дуй по ней к винту.

Минуты через две громогласный возглас Павлова известил нас о том, что трос найден.

– Это действительно стальная железяка, а не электрический кабель, - пояснил Серёга, тяжело дыша. - И натянут он очень плотно, почти без слабины… Сейчас посмотрю, какая бородка навертелась на пропеллер «Волго-Балта». По-моему, дело - труба!

Хаммер говорил с такой интонацией и паузами, будто только что с непривычки пробежал олимпийский марафон, нацепив на ноги деревянные колодки. Дмитрич не мог этого не заметить.

– Как у тебя с кислородом? Что-то свистеть ты начал, паренёк, как медный чайник… Хватает?

– Не так чтобы совсем не хватает, - прохрипел Павлов в ответ, - но я как раз хотел попросить вас об одном одолжении…

– Каком ещё, к черту, одолжении? - вмешался кэп.

– Шланги проверить, - булькнул Серёга и громко откашлялся. - Что-то и впрямь плохо дышится.

– Чего ж ты молчишь, твою мать?! Дмитрич!…