По-моему, я убила только одного из них.

А может, двоих. Но почему им понадобилось делать это так грубо? Они могли прекрасно подождать, пока я войду внутрь, и там воспользоваться баллончиком с газом или пулей со снотворным… Или в конце концов простой веревкой. Я им нужна живой — это ясно. Но разве им не известно, что, когда нападают на агента с моей подготовкой, он автоматически идет в разнос? Может быть, не я одна здесь дурочка?

И зачем так глупо терять время — насиловать меня? Во всей этой операции было что-то любительское. Профессионалы никогда не станут ни бить, ни насиловать перед допросом — в этом нет никакого смысла: любой профессионал проходит специальную тренировку и умеет справляться и с тем, и с другим. Когда ее насилуют (или его — я слышала, что мужчинам в этом случае труднее), она может или отключить разум и выждать, когда это закончится, или (специальный курс тренировки) последовать известной китайской поговорке: «Если насилие неизбежно, расслабься и получи удовольствие». Или же вместо первых двух методов (а возможно, и в сочетании со вторым) жертва может воспринять насилие как предлог, чтобы хорошенько разозлиться на тех, кто ее схватил. Я не очень хорошая актриса, но всегда пытаюсь воспользоваться третьим способом: хотя это никогда не могло меня заставить платить недругам той же валютой, но по крайней мере один раз спасло мне жизнь.

На этот раз способ № 3 не вызволил меня из плена, но породил некоторые здоровые распри между моими «друзьями». Вчетвером (смету я составила на ощупь и по запахам) они разложили меня в одной из спален наверху. Может, это была моя собственная комната, но я не уверена, поскольку какое-то время была без сознания. Когда же я пришла в себя, вся моя одежда состояла из липкой темной ленты на глазах. Они стащили матрас на пол, уложили меня на него, и началась обычная групповуха с минимальной примесью садизма… на который я не обращала внимания, будучи слишком погружена в способ № 3.