Вэммер Джеммер тряхнул головой, с усилием возвращаясь назад к реальности. Грохот продолжался, хотя и не такой чудовищный, как во сне.

— Эй, вставайте, кто-то в дверь барабанит, — простонал Вэммер Джеммер, расталкивая приятелей.

Он попытался встать сам. Ноги отказывались повиноваться, похожие на мешки с песком.

— У меня все онемело, — пожаловалась Дьюи, поднимаясь на четвереньки.

— Моя рука! — взвыл Мастер Бластер.

— Извини, Стиви… — Дьюи отодвинулась, освобождая придавленную руку.

— Попробуй ею пошевелить, — посоветовал Вэммер Джеммер.

— Нет, не могу!

Дьюи и Вэммер Джеммер принялись яростно дергать и раскачивать несчастную конечность, слово рукоятку насоса.

— Стойте! Да стойте же! — взмолился чернокожий. — Она уже чувствуется… только теперь еще хуже. М-м… Ой, колется!

Предоставив Дьюи массировать руку дальше, Вэммер Джеммер на трясущихся ногах двинулся к двери.

На пороге стоял не кто иной, как мистер Хистадайн, владелец дома. Его лицо напоминало морду енота, страдающего несварением желудка. Черные отвисшие мешки под глазами выдавали глубоко укоренившуюся злобу на весь мир и самого себя, абсолютно несовместимую с нормальным ночным сном. Пять десятков лет такого существования превратили мистера Хистадайна в желчного и мстительного людоеда.

Первый этаж, где обитал Хистадайн, находился нисколько не дальше от пришельца, чем сторожка Кровососа Амоса на свалке, и, стало быть, домохозяин был так же точно подвержен благотворному влиянию волшебной ауры, однако скаредная и извращенная натура этого человека даже теперь, в нескольких шагах от Кайфовины, оставалась неизменной.

— Какой сегодня день? — спросил Вэммер Джеммер.

— Четверг, первое число месяца, хамская твоя морда, и тебе это прекрасно известно! И нечего мне тут притворяться, что заболел или обкурился! Пора платить за квартиру, и я хочу получить свои деньги. Прямо сейчас!