- Мои коллеги, - сказал я, - могут собирать информацию. Но разговаривать с французскими чиновниками, с деловыми людьми они не умеют. А надо не только беседовать, но и закидывать свои идеи. Какие - это я буду подсказывать. В общем, без дипломатов нам не обойтись. А по части дипломатии вам карты в руки.

Завуалированная критика Комитета послу понравилась.

- И последнее. В ближайшие дни я прошу вас согласовать свои перемещения по городу с Белобородовым. Особенно время выезда и въезда в посольство. По агентурным сведениям, нам подложат бомбу чудовищной силы. А за вашу жизнь, за жизнь руководящего состава посольства я отвечаю головой.

Я почувствовал, что посол хочет мне задать сразу несколько вопросов. Однако недаром он был дипломатом, опытным, вышколенным. Он не произнес ни звука, лишь буравил меня глазами.

Из нагрудного кармана я достал карту Парижа.

- Смотрите. Здесь красными точками отмечены места последних взрывов, произведенных террористами. Эта красная сыпь распространилась на весь город. И только советское посольство и торгпредство окружены девственными белыми пятнами. Убежден, что такую карту скоро положат на стол шефа французской контрразведки. Если уже не положили. И тогда обратят внимание на эту странную аномалию. Далее карту опубликует какая-нибудь бульварная газетенка с соответствующими грязными комментариями. Перепечатает американская пресса. Словом, пойдет писать губерния.

- Однако ведь бьют окна в агентствах Аэрофлота, - подумав, сказал посол.

Я пожал плечами:

- К этому все привыкли. Детские забавы.

- Может, взрыв будет у здания торгпредства?

- Не прозвучит, - ответил я.

- Однако наше посольство охраняется усиленными нарядами полиции. Может, что-нибудь совместно предпринять или хотя бы эвакуировать людей из угрожаемых помещений?

"Вот это он зря! - рассердился я. - Зачем он лезет не в свои дела?" Впрочем, по-человечески я его понимал.