– Хватит говорить глупости! – рявкнула трубка. – Мне кажется, что у вас, мадам, что-то не совсем в порядке с головой.

– Проверьте лучше свою голову, а я в здравом уме и твердой памяти! Если уж трупы спокойно разгуливают по моей квартире, то появляются, то исчезают, почему бы и террористу не прогуляться и не оставить здесь килограммов пять тротила? – не собиралась сдаваться Елена. – Если в конечном итоге наш дом рухнет, как однажды на Каширке, в этом виноваты будете только вы! Как ваша фамилия? Я прямо сейчас буду звонить высшему руководству! Из-за таких безответственных работников, как вы, люди и взрываются, то в переходах, то в метро, – изо всех сил отстаивала она свою правоту, напряженно сопя в трубку.

– Ну, хорошо, хорошо, – тяжело вздохнул голос. – Вас не переспорить, как я посмотрю. Мне всю жизнь везет: как мое дежурство, так обязательно… Ладно, сейчас я позвоню в ваше районное отделение и попрошу, чтобы прислали вашего участкового. Кто там у вас на участке, фамилию знаете?

– Откуда я знаю кто? А уж фамилию – тем более. Никогда с милицией дела не имела, к моему счастью, – огрызнулась девушка.

– Говорите адрес.

– Адрес чего? Отделения, что ли? Так я сроду его не знала.

– Ваш домашний адрес, гражданочка, – снова вздохнули в трубке. – И номер телефона, тоже домашнего.

Елена продиктовала свой адрес и номер телефона. Она еще хотела сказать, чтобы они не тянули, а побыстрее приезжали, но на другом конце провода уже не стали ее слушать.

– Ждите, – отчеканил голос и отключился.

– Черт-те что творится, – выругалась Лена. – Совсем обнаглели, блюстители спокойствия граждан! Им говоришь, что был труп, а они – куда он мог деться? – не успокаивалась она и ходила по комнате, размахивая руками. Потом, резко остановившись, будто наткнувшись на препятствие, она прошептала побледневшими губами: – Мамочки мои, а в самом деле, куда же он делся-то?