– Могу ли я спросить. . . ? – сказал Тави.

Гай улыбнулся.

– Конверт содержит рутинную почту и одну строчку Аквитейну, информирующую его о моем намерении законно назначить его моим наследником.

Брови Тави поползли вверх.

– Вы хотите подтолкнуть Калара действовать против Аквитейна, чтобы укрепить свое положение на троне.

– Он отреагирует, -согласился Гай. – Правда он немного сумасшедший, и поэтому непредсказуем, для этого мне и надо иметь столько глаз и ушей сколько возможно на юге. Убедись, что моя монета всегда с тобой.

– Я понимаю, Ваше величество,- сказал Тави, касаясь старой серебряной монеты, висящей на цепочке, на шее. Горечь воспоминаний заставила его замолкнуть на мгновение – И Гейл?

– Если наш план удастся, она станет бесполезной для Короны, – произнес Гай тихим, но твердым как камень голосом

– Да ваше величество, – сказал Тави, поклонившись. – А что на счет Линялого, сир?

По лицу Гая пробежала едва заметная тень: – Что насчет него?

– Он был со мной с тех пор… сколько себя помню. Я предполагал, что…

– Нет, – сказал Гай тоном, не допускающим иного мнения. – У меня есть работа и для Линялого.

Тави встретился с бескомпромиссным взглядом Гая на один длинный и безмолвный момент. Затем он слегка кивнул в согласие.

– Да, Ваше величество.

– Тогда давай не тратить больше времени. – Гай поднялся. – Ах, да, – сказал он, обернувшись – Ты случайно не спишь с посолом Маратов, Тави?

Тави почувствовал, что его рот снова открыт. Его щеки горели настолько сильно, что он думал, что они могут на самом деле, буквально, взорваться.

– Гм, Ваше величество. .

– Надеюсь, ты понимаешь последствия. Ни один из вас не обладает фуриями, которые могли бы предотвратить зачатие. И поверь моим словам, отцовство весьма усложняет жизнь.

Тави отчаянно захотел, чтобы земля под ним разверзлась и поглотила его, раздавив в большую жирную кляксу.