Что-то не то творится. Как-то эта футурия странно влияет на нас. Прямо как валерьянка или какое-то успокаивающее средство, и даже внутрь принимать не надо, успокаивает на расстоянии.

Будучи по натуре человеком любопытным, Романыч решил проделать кое-какие опыты с растением и определить хотя бы приблизительно зону его влияния на окружающий мир.

Он установил складной стул приблизительно в семи метрах от растения, уселся и стал посматривать по сторонам. Ничего особенного вокруг не происходило. Постепенно Романыч начал клевать носом и тут вдруг поймал себя на мыслях, ранее ему не свойственных.

Мысли были такие:

Всю жизнь чепухой занимаюсь, дурака валяю...

Годы уходят, а что остается, так... ерунда. А по молодости-то какие планы строил. У-у! Какие планы! Изобретать пытался, наукой серьезно хотел заниматься! И замыслы были, и силы, а где все это теперь? Сплошная суета, пустяки и ничего больше... Этак завтра или через год-другой помру, а через десяток лет никто и не вспомнит обо мне. А ведь мог бы кое-что полезное и для людей сделать, мог бы...

- Черт знает что в голову лезет, - пробормотал Романыч, - и ведь вот что обидно... Правда это, вот что обидно... Неужели этот корнеплод на меня так влияет? Гм...

И Романыч поднялся и перетащил складной стул на три метра поближе к футурии.

На этом новом месте он почувствовал такую непривычную тоску и горечь за бездарно растранжиренные годы, что даже слабые его попытки самооправдания ссылками на непростые житейские обстоятельства и пакостные характеры окружающих ему не помогли.

Мысли в голове Романыча так и шелестели: