Ог отставил пустую бутылку в сторону и пророкотал:

— Предлагаю другой вариант. Ремонт «Ласточки» проводится бесплатно…

— Я что, так сильно похож на умалишенного?! — возмутился Тулл.

— А после вычтешь луидоры из наших грядущих гонораров, — бесстрастно продолжил компаньон. — Сам понимаешь выгоду. Если мы не прекращаем полеты, твой денежный горшок раздувается от монет, а радуга сияет ярко. Если загораем на пляже — ты остаешься без запрещенных товаров.

— Чушь! Я всегда могу найти кого-то другого.

— Ага. Гоблинам это расскажи. Ты слишком осторожен, чтобы рисковать связаться с чужаками, — ввернул я. — Вдруг они сдадут тебя Караулу? Хочешь, я расскажу, что полагается за ввоз запрещенных артефактов на территорию Союза? Виселица с прекрасным видом на центральную площадь. Не уверен, что ты согласен обменять радугу на пеньковую веревку.

— Ну, ты еще высунь башку в окно и заори об этом на весь город! — зло бросил Тулл. — Ладно, Небо с вами! Согласен на такое предложение. Но с условием: половина вашего вознаграждения с каждого задания будет уходить мне, пока не покроются издержки за ремонт. И оплата за работу снижается на пятнадцать процентов.

— Что?! — взревел Ог. — А пряжки на ботинках тебе не почистить?

— Было бы неплохо, — невозмутимо прокудахтал Тулл. — Я рискую своими деньгами. Это подстраховка на случай, если вы не выполните обязательств. Или ваша следующая посадка будет не столь мягка, как нынешняя, и мне придется отскребать ваши останки со стенок кабин.

— Не пойдет, — отрезал я. — Мы рискуем гораздо больше, чем ты. Я не буду летать через половину моря за запрещенной дрянью только ради того, чтобы ты смог купить себе новый цилиндр. Четыре процента — это все, что мы готовы тебе скинуть. И только по старой дружбе.

— Десять.

— Три.

— Восе… эй! Мне показалось или ты только что сказал…