Он оказался на улице Барклая. Именно здесь он впервые и встретил Синку.

Улица Барклая, железнодорожный переезд, мост и девушка. Она собиралась покончить с собой, а он шел мимо и остановился.

Заговорил с ней, она обернулась. Его поразили ее глаза: они были разного цвета — один зеленый, другой синий. Она была сильно чем-то напугана и дрожала, хотя на улице было тепло.

Ник не стал отговаривать ее прыгать, он просто попросил ее подумать еще раз.

Машины проезжали мимо, а парень и девушка стояли по обе стороны парапета и разговаривали.

Она рассказывала о себе, о каком-то парне, который бросил ее и уехал в другую страну, даже не попрощавшись… он рассказал, что не самый способный, но очень хочет помочь, чем и как угодно.

Говорили долго.

Наконец она ухватилась за его руку, перелезла через парапет и, уткнувшись ему в грудь, разрыдалась. А потом, вскинув на него влажные глаза, прошептала:

— Спасибо. Правда, большое спасибо…

У нее на запястье болтался серебряный кулон в виде забавного паучка, который цеплялся лапками за свитер парня и не хотел отпускать.

Девушка все еще дрожала, и Ник не придумал ничего лучшего, чем пригласить ее на чашку чая.

По дороге на Юго-Западную они болтали о тем, о сем. Позже Ник так и не смог вспомнить хоть что-то из их разговоров. Лишь то, что Синка взяла с него слово: он никогда и никому не расскажет, при каких обстоятельствах они познакомились.

И, пожалуй, еще запомнилось, откуда у девушки столь странное прозвище.

Sin — так она обычно подписывалась. А друзья прозвали ее Синкой.

Она жила на той же ветке метро, что и Ник с Лексом, только в противоположном конце города. В двухкомнатной квартире, со старой больной бабушкой и двумя кошками. И работала в какой-то полуиностранной конторе переводчиком-консультантом.