– Совсем у тебя, Витек, с твоим маркетингом крыша поехала, – Олег попытался обогнать Журавлева, но тот забегал вперед.

– Ты, Олег, давай-ка лучше по-хорошему. По-мирному. Чтобы без насилия.

– Уйди от меня подальше, пока в нос не заехал,– мягко, но решительно предупредил Олег, входя в свой кабинет, но тут произошло непредвиденное.

– Держи его, держи! Вырывается, сволочь!

– Ууу, – взревел Олег Иванович, пытаясь отбиться от нападавших, но куда там. Бросили сетку, навалились мужики.

– Ну, – около Витька появился парень с камерой, – спускайте с него портки.

– У, у-гх, – закусил губы Хвостов от стыда и унижения. – Убью, гада, -

подумал он, и вспомнил, как во время лыжного кросса они с приятелями поймали Мишку Гельмгольца.

– Евреи все обрезанные, – Андрей Шестаков испытывал нездоровое возбуждение. Вот и у Мишки конец лысый. Точно, сымайте с него штаны.

– Пустите, гады, – Мишка извивался на лыжне.

– Сейчас, конец проверим только, и путем. Держи его, чтобы не брыкался.

Полосатые, застиранные домашние трусы. И совершенно обычный, опавший, мелких размеров пенис.

– Да никакой он не еврей, сука, наврал все, – разочарованно протянул Шестаков.

– Гады, гады, – корчился Мишка.

– У-уу, – корчился Хвостов. – Ууу. Пустите, гады!

– Хвост. Атавизм, но ученые считают, что такие неожиданные находки в потерянных звеньях эволюции, лучше всего доказывают верность теории Дарвина. Для канала «Плейбой» – Виктор Журавлев.

– Убью, сволочь, – извивался Олег Иванович, пытаясь освободиться от веревок. – Дай мне только выбраться, я тебя, суку, не прощу. Я о тебе лучше думал, мерзавец!