Вот! Где-то он слышал или читал, что доноров именно сейчас освобождают от сборов офицеров запаса. Типа, министерство здравоохранения заключило экстренный договор с министерством обороны. В связи с каким-то терактом. Надо позвонить… Нет, надо сперва кровь сдать, а потом уже звонить.
… Как это не удивительно, все оказалось именно так. На работе его сегодня уже не ждали, но и в военкомат он не пошел, а двинулся вместо этого на станцию переливания крови. А потом, уже оттуда, позвонил. Сначала дежурный на том конце провода говорил с ним возмущенно, а потом – безразлично.
Возмущенно: «Товарищ лейтенант, где вы находитесь?! Ваша команда уже давно здесь и готовится к отправке… Мы вышлем за вами дежурную машину…» А потом: «Ах, вот как? Да. Только справку завезите. Пожалуйста, завезите её сегодня, нам для отчетности…»
Домой Владик примчался в самом радостном настроении, а когда обнаружил, что тарелочка в клетке Хезы пуста, развеселился окончательно. Теперь известно, что она, как минимум, жрет овсянку, а значит, можно не нести ее к специалистам, а просто ждать.
– Молодец! – похвалил он животное. – Ешь, значит, срешь. За что большое тебе человеческое спасибо. И от Прокофьева, и от меня лично. Так… – это он разговаривал уже с собой. – Но ведь то, что я остался дома, открывает передо мной невиданные горизонты. Сегодня у Алёны день рождения. Правда, она меня не приглашала, но ведь это потому, что знала, что меня не будет в городе…
Во всяком случае, ему хотелось в это верить. Хотелось верить, что ее, – «а жалко…» – было искренним. Он знал, в какой кабак идет сегодня чуть ли не весь отдел, но, наверное, будет правильнее позвонить и предупредить. Мало ли что: может, там число мест ограничено… Да нет, чепуха. Что ему – места не найдут? Но народ сдавал деньги, и там уже, наверное, заказано на определенное число гостей… Тоже ерунда. На месте разберусь и расплачусь.