Вторая наша отличница, круглая без всякого «почти» — Камила Нагимова. Она казашка. Способности у нее меньше, чем у Вани, зато добросовестность фантастическая. Камила целыми днями занимается и занимается. Вот бы мне такую силу воли! Зато у нее нет чувства юмора. Может, дело в том, что русский язык ей не родной? Говорит она почти без акцента, но все-таки… Вот и теперь. С присущей ей основательностью Камила сперва серьезно обдумала проблему, а потом выдала обоснованное суждение.
— Натка, зачем тебе эта прическа? Как ты ее будешь вечером распускать?
— А я не буду. С ней можно ходить месяц или два, мне в парикмахерской обещали.
— Да? А спать как?
— Сидя, — пошутила я.
— Два месяца? Ты не выспишься, и это плохо скажется на учебе.
— Да лежа буду спать, — пожалела я встревоженную Камилу. — Ничего им не сделается. Слушайте, надеюсь, вы еще не вручали валентинки? Мне не терпится. А потом уже за стол, правда?
— Без тебя не вручали, — кивнул Андрей. — Все у меня. Но сперва мы все-таки сядем за стол и выпьем шампанского.
Мы заранее договорились, что валентинки нашей группы вытащат из факультетского ящика и отдадут Андрею, чтобы мы получили их на своем индивидуальном празднике. Разумеется, никто не заставляет выставлять на всеобщее обозрение содержание твоей открытки, но приятно, что вскроем мы их одновременно. Возникает какое-то единение, понимаете? Правда, в этом году мне рассчитывать не на что. Скорее всего, я останусь без поздравления. Хотя нет, Димка проговорился, что мальчишки решили каждой девчонке написать хорошие слова от лица всех, чтобы никому не было обидно. Это они здорово придумали! Ну, мы тоже не остались в долгу и написали общие валентинки мальчишкам. Значит, огорчаться не придется никому. К тому же всегда есть надежда, что ты получишь что-нибудь такое… такое… я даже не знаю, какое, а все равно сердце замирает, словно на Новый год.