Улька оставил своих противников на Фаля и Тома, и примчался к своей ненаглядной выверне. Иля в это время была занята, оберегая всю нашу маленькую группку от прямого нападения щупальцев. Я жался к борту, не зная что мне делать и до одури стискивал в кулаке рукоять меча. И как бы там ни было, не смотря на общий стресс и опасность ситуации, юный рыцарь повел себя как форменная истеричка. Забегая вперед, скажу, что ему потом хорошенько досталось не только от нас с Иром, не говоря уже о Гарри, но и от его отца Витауса, который сейчас верхом на Изе вместе с Фиником и Михареем точечными ударами громил вражеский дирижабль.
– Отойди от неё! – взвыл рыцарь и попытался оттащить Гарри от Ира, ошарашенного таким беспардонным вмешательством в магическое действо.
Дальше никому вмешиваться не пришлось. Девушка сама к нему развернулась. И прямо с разворота так засветила в глаз, что рыцарь чуть на палубу не осел. Но она его подхватила, помогая удержаться на ногах. И прошипела прямо в лицо буквально пару слов. Каких я не расслышал. Но по выражению лица и так было понятно, что ничего лестного она своему парню не сказала. Так что Улька ласковым пинком был отправлен обратно в эпицентр схватки, а Гарри вернулась к Иру. Что примечательно, до самого конца рыцарь на их колоритную пару даже не оборачивался. И был в чем-то прав. Потому что эти двое чуть ли не целовались. Нет, я все могу понять, чего только не сделаешь ради всеобщего спасения, но этот их ритуал, действительно, на мой вкус выглядел излишне интимно. Тем не менее, обнимались и миловались они не просто так.