— Хорошая идея, — кивнул Зубр. — Тебе сколько времени на все про все понадобится?

— Часа четыре…

— Пахан дал подумать до утра.

— Завтра у нас будет не дом, а крепость.

— Действуй, а то поздно будет. Я хоть не трус, но после того как послушал разговоры о том, что на Ленинградке произошло, побаиваться стал. Уж слишком крутой замес. Тридцать бойцов оборону держали, всех положили, а с другой стороны ни одного жмурика, а ты говоришь — двадцать хватит…

* * *

Кот — по паспорту Влад Котов, почувствовал за собой слежку пару дней назад. Сначала решил, что ему показалось. Город большой, чувства вполне могут дать сбой, оттого что энергетика здесь скверная, исходит она от бетонных и кирпичных домов, от земли, которая не может дышать, потому что закрыта щербатой коркой асфальта, и от прокопченного неба, в котором и воздуха-то не осталось — один смог.

Неправильно город поставили — не на том месте, отсюда все его проблемы.

Раньше старики решали, где дома строить, без их разрешения даже простой бревенчатый пятистенок ни один мужик не смел ставить. До сих пор разрешенные ими дома стоят, люди живут и прекрасно в них себя чувствуют.

А сейчас строят повсюду, где имеется свободное место, и то, что жить в этих домах и городах тяжело и страшно, никого не волнует.

Поэтому и самоубийств много, болезней разных, чахотка, например, из таких районов никогда не уходит, несмотря на множество новейших лекарств.

Влад вздохнул, сейчас он лучше стал понимать древнюю мудрость, которую раньше считал глупостью и суеверием. Темный мир научил вслушиваться в себя и природу, иначе выжить там нельзя.

С тех пор как пару раз оказывался один на один со смертью, уже жить не мог без ощущения мира внутри себя, странных предчувствий и непонятных образов, которыми отзывалось душа на боль и страх.

Кот глубоко вздохнул в себя пахнущий бензином и пыльным асфальтом воздух и поморщился, подумав о том, что дышать этим тоже нельзя. Смог убивает не хуже болезнетворных бактерий. Одного свинца в воздухе столько, что сгубит не хуже самого страшного яда.