— Свяжись с ними и спроси, не слышал ли кто-нибудь из них что-нибудь подобное. — Мэл уже оделся и теперь торопливо проверял ружье. — Возможно, эта тварь уже заходила к кому-нибудь из них.

— Интересно, слышали ли Джеймс и Бонни? — спросил Пол, осматривая свою винтовку.

— Должны были. — Мэл натянул маску и, перехватив поудобнее ружье, кивнул на дверь. — Ты готов?

— Да, пошли, — согласился второй полярник. — Смотри в оба, Бэтти. Если мы не вернемся через двадцать минут, запрись получше и срочно вызывай помощь, поняла?

— Конечно.

Девушка смотрела, как они, не без труда преодолев напор ветра, вышли из станции в ледяную карусель.

Они вернулись раньше, чем говорили. И принесли на руках нечто настолько ужасное, что Бэт испуганно выдохнула:

— О, Боже…

Тело Уэлча Хиккока. Самым страшным в нем было то, что ни черепа, ни позвоночника у него не осталось. Кто-то вырвал их, располосовав трупу спину.

Вторую странную новость они узнали через десять минут. Ни аргентинская научная станция Браун, ни британская Фарадей не отвечали… Словно на них не было никого живого.

ЧАСТЬ 2

Оклахома, в 12 милях к югу от Фредерика

Глава 1

Он все еще был в прекрасной форме. Вряд ли кто-нибудь дал бы ему больше сорока трех, хотя на деле Датч

Двенадцать лет назад ему довелось пережить кошмарное… каким словом можно это назвать? Приключение? Наверное, кому-нибудь происшедшее с ним, действительно, показалось бы отличным приключением. Но не ему. Для него это была борьба за жизнь. Отчаянная, жесткая. Его противник оказался классом выше. Возможно, первый раз в жизни Алана Шефера — Датча, майора спецотряда «коммандос». Тогда-то он и получил мощнейшую дозу облучения. И тем не менее выжил. Его врач воспринимал это, как феномен. А сам Алан, как подарок своего умелого, натренированного, здорового тела. Три месяца он валялся в госпитале ФБР. Три долгих месяца, изо дня в день уставясь в потолок, переваривал случившееся. А затем делал это еще раз, но уже ночью, в своих снах.