Почему я так подробно останавливаюсь на таком достаточно банальном виде транспорта, как метро? Да потому, что в тех событиях, которые произошли буквально через пару дней, эта особенность тамошнего метро сыграла для меня роковую роль.

Но это случилось, как я уже сказала, через пару дней, а пока… Пока мы ехали на Гонконг-Айленд. Стивен, судя по всему, бывал здесь часто, потому что сразу уверенно пошел к выходу. Десять минут пешего хода, и мы у цели, точнее — у подножия пика Виктория. Покупаем билеты на электровоз, который должен доставить нас на вершину. Уклон градусов этак сорок пять, поэтому поезд тянет лебедка. Ощущение не из приятных: будто раскачиваешься на стуле и потерял равновесие… И вот перед глазами проносится потолок, а затылок, повинуясь открытому некогда стариком Ньютоном закону всемирного тяготения, стремится встретиться с землей.

Через несколько промежуточных остановок мы оказались наверху. Вместе с нами из вагончика высыпала толпа туристов, по внешнему виду — китайцев или корейцев (ну никак я их не научусь различать). Они всю дорогу пели свои народные песни, а Леха, Борис и Стивен им подпевали. Причем Стивен пел «I saw you dancing» из репертуара группы «Яки-да», а Леха и Борис отвечали на происки иностранных граждан песней Аркадия Укупника «Сим-Сим, откройся, Сим-Сим, отдайся…». В общем, было не скучно.

На вершине восточные товарищи петь прекратили, а вслед за ними замолчали и мои спутники: стало просто неинтересно призывать Симу немедленно отдаться, когда некого перекрикивать.

Мы двинулись на смотровую площадку; через несколько метров дорога разветвилась. Нам — направо, а налево… Налево шла вполне приличная дорога, куда нам было нельзя. О чем и сообщала табличка. Не былинный камень с жлобскими фразами «налево пойдешь — коня потеряешь…», а скромная надпись на двух языках: «Частная дорога, опасайтесь собак!» Дорога, по которой, если верить табличке, бегали опасные собаки, круто забирала вверх по склону и терялась за кустами.