Если хочешь знать, я сейчас тоже нахожусь в Путешествии, и вот уже почти целый год, и сколько оно еще продлится, никому не известно. Так что нет ничего удивительного, что в голове у меня нет места для соусов. – Тут Гэндальф увидел, как обиженно сжались толстые губы Бильбо, и поспешил исправить свои несколько невежливые слова. – Но ради тебя, дорогой мой мистер Бэггинс, я расслаблюсь и забуду, что я занят. Так что не обижайся, пожалуйста, на меня, к тому же я больше наслышан о медовом пудинге твоей кормилицы. Вот его я бы очень хотел попробовать. Все твои письма просто пропахли им.

Бильбо сразу расцвел как розовый куст.

– Конечно, ты получишь Мунни-пудинг, и даже двойную порцию! – воскликнул он. – Это даже не стоит обсуждения, а вот как насчет зелени? Я слышал, что волшебники не любят петрушку.

– Чепуха! – успокоил хоббита Гэндальф. – Я просто не могу обойтись без петрушки!

– А сколько моркови положить в рагу?

– Как можно больше. Морковь придает блюдам сладость, а все волшебники, скажу тебе по секрету, сладкоежки. И не забудь зеленый лук. Я его просто обожаю.

Бильбо был счастлив, что Гэндальф принял участие в обсуждении меню. Он лично бегал на кухню и давал указания Мунни, так что та даже рассердилась на него и замахнулась поварешкой.

– Видите ли, сударь! – закричала она. – Ничего так меня не раздражает, как кто-нибудь шастает по кухне и оставляет свои волосы повсюду. Вам и самим, я думаю, это не понравится!

– Не сердись, Мунни, – стал оправдываться Бильбо. – Просто у нас сегодня такой гость, такой гость!

– Разве я кого-нибудь хоть раз в жизни подводила? Уж будьте уверены, ужин будет Что Надо!

И ужин действительно был Что Надо. Уж на что Гэндальф всегда был равнодушен к утолению нужд плоти, как он говорил, но и он сидел и ел жаркое из баранины с тушенным овощами, молодой отварной картофель политый растопленным сливочным маслом