– И когда это случится? – пролепетал бедняга Бильбо. Лицо у него было самое жалостливое.

Гэндальф хлопнул его по плечу:

– Не скоро. Не через год, и даже не через два. Может быть, лет этак через десять. А то и позже.

– Ну, тогда нечего об этом и думать! – махнул рукой Бильбо. Хоббиты живут настоящим. Они не из тех, кто думает о том, что будет послезавтра. Какие горести их ждут. Если сегодня все хорошо, то и надо этому радоваться. А то страшное, что готовит будущее, может быть, и обойдет хоббичьий дом стороной. – Давай лучше пойдем, поужинаем.

И Бильбо повел друга на кухню. Он сам развел огонь в плите и поставил чайник. Очень скоро они с Гэндальфом ели яичницу из тридцати яиц с ветчиной и пили чай с кексами. Ветчина была великолепная. Нарезанная тонкими ломтиками, с розовой мякотью, белоснежным салом и золотистой корочкой, она просилась в рот и обещала сказочное удовольствие. Кексы были и того лучше. Круглые, румяные, темно-коричневые снизу, а сверху покрыты сахарной глазурью. Внутри желтые, как солнце, и обильно утыканные изюмом. Помимо всего этого, были еще пирожки с грибами, тарелка с нарезанной колбасой, сладкие печения, с полдесятка вазочек с вареньем, корзинка с конфетами и пирожными и огромная бутыль с прошлогодним белым вином. Друзья с удовольствием и аппетитом все это поглощали.

– Честное слово, – поделился впечатлением от подобного скромного ужина Гэндальф, – даже в Ривендейле у меня нет такого аппетита, как у тебя, друг Бильбо. Пожалуй, останься я у тебя недельки на три, так потом и вовсе не куда не смогу отправиться. Поправлюсь, заленюсь и уже никогда не смогу расстаться с твоей кухней.

– Вот завтра все удивятся, когда тебя увидят! – радостно ответил Бильбо с набитым ртом.

– Я думаю, они не увидят.