— Это все Нелли, все Нелли. Она звонила всю ночь, но телефон не отвечал. Тогда она испугалась и разбудила Нину Аркадьевну и потребовала, чтобы та сейчас же мчалась в Сестрорецк. В Сестрорецк. Нина Аркадьевна позвонила мне, поскольку знала, что ты оставила у меня вторые ключи от дачи. От дачи. Я позвонила Нелли; Нина Аркадьевна все время ссылалась на нее. Нелли сказала, что твоя жизнь в опасности, и потребовала, чтобы я, бросив все дела, ехала в Сестрорецк. А какие могут быть дела в четыре часа ночи? В четыре ночи. Я разбудила мужа, мы прыгнули в автомобиль. И вот мы здесь, и вот мы здесь.

— Так ты с Германом? — изумилась я. — И он отправил тебя одну в таящий опасность дом? Как это по-мужски!

— Он понятия не имеет, что здесь происходит, впрочем, как и я, как и я. Нелли так путано все объяснила. Из ее рассказа можно было сделать лишь одно заключение…

— Какое же? — нетерпеливо перебила я.

— Что ты напилась и забыла выключить газ, забыла выключить газ.

— Узнаю нашу Нелли. Да это она сама напилась в драбадан и все перепутала. Так где Герман?

— Герман помчался обратно в Питер. Ему к семи в аэропорт встречать какого-то важного представителя, важного представителя, — сообщила Алиса, после чего я пришла в бешенство.

— Нет, это черт знает что такое! — завопила я. — Всю ночь сражаюсь с преступниками и даже не раз простилась с жизнью, а Герман поехал в аэропорт. Ты знаешь, я ума не приложу, как живой добраться до Питера. Вас с Германом мне сам бог послал, как же после этого можно ехать в аэропорт?

Алиса вдруг рассердилась и даже топнула ногой.

— Не кричи! — пискнула она и тут же схватилась за сердце. — Скажешь ты мне, что тут происходит? Что тут происходит?

Ее взгляд блуждал по холлу, и вообще она была необычно бледна.

— Пойдем в столовую, — предложила я.

— Да, надо срочно присесть, — согласилась Алиса, — и чего-нибудь выпить, а то в горле пересохло. В горле пересохло, — по обыкновению повторила она конец фразы.