В свою очередь, в докладе на заседании Министров иностранных дел стран СБСЕ (ныне ОБСЕ) глава внешнеполитического ведомства Азербайджана Гасан Гасанов заявил о «более восьмисот» погибших.

Видимо плохо знакомый с климатом Карабаха Гольтц полагал, что с наступлением весны и таянием снега цифра 478 может увеличиться. Однако с приходом лета и наступлением осени в официальных азербайджанских сводках и документах количество жетрв начинает убывать. Так, 12 ноября 1992 года депутатская следственная комисия по выяснению обстоятельств ходжалинских событий выступила с итоговым отчетом перед Милли Меджлисом, в котором сообщила, что “во время трагедии в Ходжалу находилось около четырех тысяч граждан (которых, согласно Т. Гольтцу защищали 40 бойцов (!) – Г. Д., Л. М.-Ш.). По данным комиссии во время этих событий погибло 450 человек, ранено 400, без вести пропали около 80 и 20 человек оказались в заложниках”. Комиссия сочла, что “руководство республики имело все возможности, организовав защиту города, предотвратить трагедию и вывести с наименьшими потерями его населения”. По мнению членов следственной комиссии, этого не произошло из-за ошибок, допущенных в подборе кадров, невыполнения своих служебных обязанностей экс-президентом Муталибовым, бывшим премьер-министром Г. Гасановым, министрами внутренних дел Т. Керимовым, национальной безопасности В. Гусейновым, начальником Главного штаба Мусаевым и др. [72]

Позднее, когда у власти стояли народофронтовцы, незадолго до своего ареста бывший министр нацбезопасности Азербайджана Вагиф Гусейнов, намекая на некоторых политических деятелей из НФА, заявил, что “январские события 1990 года в Баку и события в Ходжалу – это дело рук одних и тех же людей”. [73]

Но шедевром алиевской государственной конъюктуры и целенаправленной политики искажения рельности является “Указ президента Азербайджанской Республики о Геноциде азербайджанцев”, где в частности говорится; “В феврале 1992 года армяне учинили невиданную расправу над населением города Ходжалу.