Март 7153 (1645).

Высадка на восточном побережье полуострова прошла удачно — шведы не появлялись на берегу близ гавани, чего опасались датские флотские офицеры. Ангарцы, погрузив в порту пушки, вооружение и боеприпасы на присланные из города подводы, маршем направились в казармы Колдинга, где соединились с полуторатысячным отрядом полковника Эрика Бухвальда. Его небольшое войско, состоявшее из драгунского отряда в тысячу шестьсот человек и городского ополчения, защищало этот городок — один из немногих, что не был занят войсками шведского фельдмаршала Леннарта Торстенсона, расположившегося в Ютландии и ожидавшего кораблей, чтобы вторгнуться на датские острова. Королевским указом Бухвальд был назначен начальником отряда, к которому присоединились наёмники из дальней, неизвестной ему прежде державы, но в то же время он не должен был препятствовать инициативам майора Рината.

Эрик был несколько обескуражен появлением татарских воинов из сибирских земель. Причём земель, расположенных далее на восток от владений русского царя. Полковник не очень хорошо понимал истинного расположения сибирских владений Руси, да и не старался забивать себе голову этим знанием, ограничившись коротким уточнением от толмача-московита. Кроме того, Бухвальд был поражён этими солдатами — всё, начиная от единообразной одежды и снаряжения, чёткости и слаженности выполнения ими команд своих офицеров, сохранения порядка на марше до не присущего азиатам осмысленного выражения лица, было делом для них столь привычным, что полковник невольно залюбовался наёмниками. Вот только Эрика удручала непонятная ситуация, сложившаяся с появлением этих людей. Четыре сотни солдат — невеликая цифра для серьёзных дел, а для защиты городка можно было прислать и обычных добрых датских солдат, а не наёмников, кои ни по-датски, ни по-немецки не разумеют, да ещё и пикинёров не имеют.

— Нужно выделять для них две капитании