«Зарядка сокращена потому, что я – властелин мира! – внезапно вспомнил Тано. – Сегодня я принимаю мир в свои руки!» И эта мысль придала ему новых сил и подстегнула к неожиданному, крайне рискованному тактическому решению. Улучив момент, когда Уго, презрительно усмехаясь, опустил руки, он, задав функцию «петля», швырнул рукоять в него. Шансов на то, что он все рассчитал верно, почти не было, но выиграть бой без этого не было шансов вообще…

Наверное, ему просто повезло, но рукоять шпаги настигла тренера в нужном месте и под нужным углом. Вынырнув из ниоткуда, холодное плазменное лезвие жестким кольцом обвилось вокруг мулата, прижав его руки к торсу.

– Проклятье! – взвыл тот. – Где ты этому научился, щенок?! Я не показывал тебе таких подлых, недостойных дворянина, трюков!

– Когда речь идет о защите мира или защите жизни его правителя, – ответил Тано, – недостойных приемов не бывает. – Он уже плавно парил над скованным тренером, так, чтобы тот не смог достать его ногами.

– Когда речь идет о защите мира, рисковать нельзя, – огрызнулся мулат.

– Это слова проигравшего, – усмехаясь, сказал Тано, вытянул руку и несильно щелкнул беззащитного тренера по лбу.

– Ты прав, щенок, – сказал Уго невероятно угрюмо. Но тут же сбросил с лица злобную маску, и они рассмеялись оба.

… В полдень, в окружении придворных, взволнованных друзей и улыбчивых фрейлин он шел по коридорам дворца к изумрудному вестибюлю, чтобы выйти оттуда на площадь, где уже собралась огромная праздничная толпа. На ходу Тано тихо, почти на ухо, задал герцогу вопрос, который мучил его давно. Он никак не решался задать его раньше, а если не задать сейчас, уже час спустя он не будет иметь никакого смысла.

– Я немного боюсь, – тихо сказал он. – Герцог… Дядя Поль, а тебе не жалко отдавать мне мир?

Герцог даже приостановился от неожиданности, но тут же двинулся дальше, откровенно расхохотавшись. Придворные, не слышавшие вопроса, с удивлением уставились на него. Таким они не видели его еще никогда.