Продолжая размышлять о своих делах, он встал, побрился и начал переодеваться. Двести фунтов! Сейчас это казалось невозможным.

Едва он закончил завязывать галстук, как в дверь постучали.

Он спустился вниз по лестнице, которая вела к единственному входу в квартиру, и открыл дверь, ожидая увидеть почтальона. Вместо него он увидел перед собой сияющее лицо инспектора Роулинса из Центрального бюро уголовных расследований.

– Доброе утро, – сказал Роулинс. – Ты как раз тот парень, который мне нужен.

Роулинс был крупным мужчиной с широким красным лицом, лет пятидесяти. У него всегда был такой вид, будто он только что вернулся из отпуска с берега моря. И даже после шестидесяти часов непрерывной работы он был энергичен и бодр. Корридон знал его как храброго, работящего и добросовестного работника, безупречно честного, но хитрого полицейского. Человек, скрывающий ясный ум за широкой сияющей улыбкой здорового деревенского священника.

– А, это ты, – хмуро пробормотал Корридон. – Чего тебе надо?

– Уже позавтракал? – спросил Роулинс. – Я бы не отказался от чашечки чая, если ты только начал.

– Заходи, – сказал Корридон. – Чая не будет. Если не возражаешь, могу предложить кофе.

Роулинс проследовал за ним вверх по лестнице и прошел в маленькую мрачную гостиную. Пока Корридон готовил кофе, Роулинс медленно бродил по комнате, мягко насвистывая и ничего не упуская из вида.

– Не могу понять, почему ты живешь в подобной дыре, – сказал он. – Почему ты не найдешь себе что-нибудь поудобнее?

– Эта квартира меня устраивает, – отозвался Корридон. – Ты же знаешь, что я не домосед. Как твоя жена?

– Прекрасно, – отозвался Роулинс, прихлебывая кофе, принесенное Корридоном в гостиную. – очевидно, она сейчас удивляется, где я. Несладкая жизнь у жены копа.

– Прекрасная возможность обманывать жену и рассказывать ей сказки.

Корридон закусил сигарету и задумчиво оглядел Роулинса. Обычно тот не приходит в гости к людям просто так. Любопытно, что его привело сюда в такой ранний час.