Водоросли сплелись настолько плотно, что способны были удерживать огромное строение, где разместились бы тысяча человек. Какой-нибудь любопытный мог много часов шагать от центра дворца в поисках кромки острова, но безуспешно. Местами толщина ковра заметно уменьшена хищниками, которыми кишели холодные и темные глубины озера. В результате любого неверного шага смельчак мог бы провалиться под воду и стать желанной добычей голодных тварей, поджидающих свою жертву около ловушек. Даже если бы человеку удалось избежать подобных зыбучим пескам ловушек, он все равно находился бы в опасности, так как хищные гадины обитали также и среди крепких стеблей живого ковра,- чудовища, полюбившие вкус человеческой плоти.

В центре этого полурукотворного-строения, в недрах приземистого, но весьма обширного замка, проживал некто известный под именем Абет Бласа, или Даймма Серого, которого называли также Хозяином Тумана.

В уступчатой крыше замка было несколько больших проемов, заделанных листами чистейшего кварца. Солнечный свет беспрепятственно заливал покои чародея, однако туман постоянно окружал Даймму и его престол из резного дерева и слоновой кости. Да и сам колдун, казалось, не человек вовсе, а всего лишь серая тень. Бесплотный призрак, такой же прозрачный, как серая мгла, его постоянная и верная спутница.

В клубящемся тумане появилось существо, которое на земле могло бы сойти за человека. Некогда предки этой твари населяли подземный мир, но посредством колдовского искусства Хозяина Тумана были извлечены из мрачных глубин, из холодной бездны черных колодцев, где долгие века обретались. Даймм называл их зелкаями и благодаря своему мастерству смог сделать из них верных слуг. Зелкаи почти утратили свою звериную сущность. На суше они могли принимать обличье человека, но в воде вновь становились полурыбами, полуящерами.

Зелкая звали Клег, говорил он, певуче растягивая слова, словно играя на каком-то струнном инструменте.