Стоял теплый летний вечер. Несколько дачников садового кооператива «Жаворонки» и их гостей, собравшиеся вокруг стола с резными ножками на веранде скромного деревянного домика известной кислоярской писательницы Ольги Заплатиной, попивали чаек с бубликами, любовались огромным красным солнцем, величественно тонувшим в мрачных пучинах окрестных болот, и вели неспешную беседу.

— Что-то Василий Николаич запропастился, — с некоторой тревогой заметила хозяйка, украдкой поглядев на часики. — Уж два часа как ушел.

— Все-таки золотой он человек, — откликнулась другая дачница, бакалавр исторических наук баронесса Хелен фон Ачкасофф. — Ведь это именно Василий в прошлом году избавил нас от воров, которые шарили по дачам и тащили все, что плохо лежит.

— Расскажите, пожалуйста, — глубоким басом попросил майор Селезень. Он сидел в шезлонге и с шумом потягивал чаек прямо из блюдечка.

— Ну, это вам лучше всего расскажет сам Василий Николаевич, — ответила писательница, привстав со старенького плетеного кресла и положив себе в блюдечко вишневого варенья из литровой банки. — Могу только сообщить, если вы, Александр Иваныч, еще не в курсе: тот домик, что вы приобрели, раньше как раз и принадлежал главному вору. Представьте себе, этот негодяй крал у своих же соседей!

— Не воруй в собственном доме, — проворчал майор и, вновь принимаясь за чай, добавил: — А в чужом и подавно.

— А вы не хотите попробовать с черносмородиновыми листьями? -предложила хозяйка. — И непременно свежими, прямо с куста. — Не дожидаясь ответа, она кинула в чашку майору несколько листиков, лежащих на треснувшем голубом блюдце.

— О, вкусно! — оценил Александр Иваныч. — А я и не знал, что так тоже можно… Надо будет и у себя такой куст на листья посадить.