— Он умер! Он знал, что должен прийти сюда. Вышел срок, настало время изменений. Он не хотел меня беспокоить, но я-то мог догадаться, зачем мы шли сюда. Мы шли… шли, и вот я один! Я остался один! — Настоящие слезы полились из сливовых глаз малыша. — Как же теперь быть? Кому собирать еду? О ком заботится? С кем думать и сочинять звуки?

Ответа у женщины не было. Она только попыталась успокоить Ча-неса ободряющим поглаживанием по плечу. Значит и они умирают в своем городе смерти… Приходят расстаться с жизнью, как со страданием.

Иля обняла руками свои плечи, поежилась от внутреннего холода. Все-таки смерть — неприятная штука. Мистическая. Ходил, разговаривал рядом этот верзила Чинес, а потом отрубил концы.

На дорожке в ответ что-то лоше-велилось. Возможно, оставшийся провожатый и не заметил данного факта, но определенно умерший не был вполне на том свете. Глаза Или пытались рассмотреть детали. Опять двоение. Или нет — эврика!

К чему детали, когда и так понятно, что произошло. Просто Чинес поделился надвое, как делятся обычные черви. Вот это явленьице! Ни одному ученому не довелось видеть ничего подобного.

Новые особи, более мелкие, практически одного роста с Чанесом, с усилием поднялись и довольно враждебно друг друга изучали. Это не был прежний, дружелюбный, смешливый инопланетянин. Что-что, а агрессия вырывалась из них, как струи пара из кипящей кастрюли.

Во-первых, твари практически сразу начали драться. Их белые обнаженные тела скрутились в одну катающуюся юлу. Во-вторых, потоки непереводимой брани тарабанили по барабанным перепонкам. Быстрота и ловкость пугала.

Иля отступила подальше и теперь выглядывала из-за ближайшего бугра, а храбрый Чанес продолжал оставаться на месте, как прикованный, только снова начал выть.

— Мозгляк, вон пошел! Катись! Катись подальше, пока я тебя в клочья не порвал! Немедленно! — явный победитель бескровной баталии отшвырнул прежнюю свою часть на несколько метров в глубь холмов. Та выгнулась налету и сразу испуганно побежала куда-то прочь. Другая же, или другой, стала собирать одежду Чинеса, чтобы примерить на себя.