- Без паники! Оклемается ваш Варфоломей.

- А может, им аспиринчику кинуть? Говорят, помогает.

- Да нет, это для цветов. Рыбешкам лучше всего капельку коньяка. В момент оживут.

Дмитрий лукаво покосился на Александра.

- Не знаю, как вам, сэр, а мне такая жизнь чем-то симпатична. Криминалистика, таблетки, аквариум... Глобальное шалопайство, помноженное на столь же глобальное всезнайство. Когда-нибудь все это исчезнет. Сразу вслед за коммуналками. А жаль. Это именно то, по чему льют крокодиловы слезы нынешние пионеры Брайтона и Тель-Авива.

- Кстати, это правда, что Россия создает собственное ФБР? - громко и ни к кому конкретно не обращаясь вопросил Казаренок.

- Правда, - совершенно по-ноздревски Дмитрий кивнул. - Кто-то ведь должен шерстить нас.

- Вот уж не надо. И без того тошно. Раскрываемость такая, что впору на стены лезть.

- Верно. Вчера опять узбек приходил. Забрызгал всех слюной, кричал так, что Антоша чуть лужу не напустил.

- Ага, еще чего!..

- Это что же, тот самый узбек, у которого картину увели? Да ведь месяц уже прошел. Где ее теперь найдешь?

- Вот и я ему объяснял: если картина ценная, то давно, мол, кочует по Европе. Нет, - кричит, - в Уткинске! Он это якобы чувствует, экстрасенс чертов! И хоть ты тресни, ничего не желает слушать.

- Кто он вообще этот узбек?

- Не знаю. По внешности - хлопкороб, морщинистый, с бороденкой, а по замашкам - бай. Сюда прибыл на съезд мелиораторов. Навез с собой книг на древнееврейском, посуды, ковров, прочего хлама. Была у него парочка картин, так в первый же день одну и свистнули.

- Впредь будет наука. Слишком уж шикарно путешествует.

- Действительно, коллекционер нашелся!..

В воздухе что-то звонко треснуло. Словно проскочил невидимый электрический разряд. Волосы на голове Александра шевельнулись. На мгновение он ощутил озноб, и нечто холодное змейкой скользнуло под сердцем. Сослуживцы примолкли, а Казаренок недоуменно уставился в потолок.