Значит, всё остальное мне привиделось? Ну, и слава богу. Видимо я всё же попал под несущуюся на выезд пожарку, но остался живой, и теперь сижу на сиденье другой машины. Хотя, странно. По идее меня должны были положить на носилки и запихнуть в карету «скорой» помощи. А-а, это меня сами пожарники видимо в свою кабину перетащили, чтобы в больничку побыстрее домчать. Ну не изверги ж они, я б лично тоже так поступил, а-то эту «скорую» пока дождё… Стоп, а почему мы тогда никуда не едем? На месте ж стоим! Эй, вы чего, изверги, ану заводите…

— Хош? Чё ты там, пришёл в себя?

Нервно сглотнув слюну, я моментально сжался в пружину. Господи, что ж за напасть такая? Эта тварь снова здесь, и снова зовёт какого-то Хоша. Хотя, почему какого-то? За Хоша она с чего-то принимает именно меня.

— Эй, Хош, валяться некогда. Эти ублюдки теплокровы могут снова напасть. Нужно проваливать, Хош…

Тварь ещё долго ругается, а мой мозг нервно пульсирует в одном диапазоне — глюк, глюк, глюк…

Это всё глюк. Я понял. Меня оперируют, я лежу на белой простыне, перчатки хирурга в крови, а в моём теле наркоз. Вот от этого наркоза у меня и глюки. Хотя, по идее, наркоз должен проваливать в медленную фазу сна, то есть, чтобы поглубже, в самую задницу «небытия», иначе есть вариант проснуться прямо посреди своего собственного ремонта. Открываешь глаза, хирург и ассистенты в шоке, а ты типа — Вы мне смотрите, чтобы швы ровненькие были, как у Гуччи, стежок к стежку.

Нашёл время шутить. Хотя это, скорее всего, от нервов. Так, нужно взять себя в руки… кстати, руки. Если это не реальность, достаточно просто ущипнуть себя, ничего не почувствовать, после чего смело и с улыбкой продолжать смотреть этот кошмар дальше.

Я открыл глаза и потянулся правой рукой к левой, чтобы посильнее ущипнуть её в районе запястья, но пришлось остановиться на полпути. Буквально пару секунду я сумасшедшим маятником поколебался между нормальным состоянием и обмороком, и наконец, с облегчением выбрал второе. Да и было с чего.