— Кидаете, да? — хрипло выдохнул коренастый. — Что, вы здесь самые крутые, да? Да у меня пол-Мурманска братков знакомых, и я вам такую предъяву организую, что…

Не договорив, он вскочил, опрокинув стул, и выскочил из офиса, от души хлопнув дверью и не обратив внимания на тяжёлый взгляд, которым проводил его человек, сидевший за столом.

На улице было темно, жёлтые глаза фонарей горели редко. И прохладно — ветер лез под распахнутую куртку коротко стриженого мужчины, но он этого не замечал. "Вот же ж с-суки долбанные, — думал он, ускоряя шаг, — ФСБ по вам плачет горючими слезами. Ну, погодите, гады… Только это обмозговать надо, а то как бы самому не вляпаться по полной. Дело-то тянет на серьёзную статью — тут тебе и терроризм, и измена Родине…".

Раздражение нарастало, постепенно переходя в бешенство, и тогда коренастый решил принять на грудь алкоголя, благо деньги в кармане шуршали (пусть даже не те, которые он рассчитывал получить в только что покинутом офисе, однако тоже немалые), а до ресторана "Полярные зори" было недалеко. Рейс вышел напряжённый — одни разборки с "аварийным происшествием" чего стоили, — и потому расслабиться было совершенно необходимо, и как можно скорее. А в ресторане, где играет музыка, где наверняка можно встретить кого-нибудь из друзей-приятелей, и где можно без проблем снять скучающую бабу (или обычную шлюху из тех, что отираются там постоянно), можно заодно и обдумать, как половчее стрясти с этих зазнавшихся жлобов из "Некоммерческой социальной организации" обещанный гонорар — задачка из серии "и на ёлку влезть, и не оцарапаться".

"Цели ясны, задачи определены, — усмехнулся он про себя, запахивая куртку, — так, кажется, говорили при гнилом "совке" с высоких трибун?".

— Ну, что у нас на сегодня? — капитан милиции снял фуражку и пригладил пятернёй вспотевшие волосы. — Всё, как обычно?