Беллри растянул губы в резиновой усмешке и поднял лук.

       - Шиалл, я пришибу ее, не возражаешь? Мне надоела эта глупая мартышка.

       Второй эльф странно поджал губы, явно искренне желая позволить ему это сделать, и я незаметно напряглась.

       Они, конечно, отменные стрелки. Со ста шагов муху способны пришпилить к дереву. Но моя реакция, смею надеяться, не намного хуже. Проверять эту мысль, конечно, нам с Румом пока не доводилось, но ведь когда-нибудь это должно было случиться? Почему не сейчас? Думаю, от парочки стрел у меня хватит прыти увернуться и сделать это так, чтобы успеть во-о-н до тех пышных кустиков, где завязнет любая стрела, даже эльфийская. А потом ринуться в ближайший овраг, проскочить его на одном дыхании, выметнуться на соседний пригорок и уже оттуда сделать ручкой незадачливым преследователям. В конце концов, бегаю я гораздо лучше обычной смертной. Может, и выгорит?

       - Нет, - наконец, неохотно уронил Шиалл. Судя по всему, старший в их двойке. - Кеол захочет с ней поговорить. Опусти лук. А ты, женщина, поторопись - если не хочешь, чтобы я подрезал тебе сухожилие, собирайся молча. Немедленно. Ты, как я сказал, идешь с нами.

       Я тихо выдохнула сквозь сомкнутые зубы, а потом увидела холодно сверкнувшие глаза эльфа и поняла: сделает. Я их обоих сильно разозлила, и теперь он не погнушается действительно подрезать мне жилы - так, чтобы могла идти следом, но еще дней с десять даже мысли не держала о побеге. Не подумайте, меня бы это не смутило - сиганула бы сейчас в сторону, бросила одежку на берегу и - ищи потом ветра в поле. Однако за спинами остроухих снова мелькнуло что-то темное, красноречиво и абсолютно молча сверкнуло крупными желтыми зрачками и, выразительно мотнув усатой мордой в сторону, бесследно исчезло.