Я увидел Плоскомордого Тарпа, сидевшего в одиночестве за своим обычным столиком, и направился к нему.

Прежде чем уровень шума достиг нормы, чей-то голос произнес:

– Будь я проклят! Гаррет! – Имя прозвучало, словно щелканье бича.

И что бы вы думали? Морли, собственной персоной, работал в баре, помогая распределять морковный, сельдерейный и тыквенный соки. Такого я еще не видывал. Интересно, разбавляет ли он выпивку, после того как клиент примет три или четыре порции?

Дотс мотнул головой в сторону лестницы. Я сказал Плоскомордому: «Как поживаешь?» – и проплыл мимо в указанном направлении. Тарп хрюкнул и продолжал рубать порцию салата, способную насытить трех пони. Впрочем, размерами Плоскомордый поспорит с тремя пони и их мамашами, вместе взятыми.

Морли дотрусил до лестницы одновременно со мной.

– В кабинет? – спросил я.

– Да.

Я поднялся и вошел.

– Тут кое-что изменилось. – Теперь берлога больше походила на гостиную в борделе. Морли, отдыхая дома, всегда имел кого-нибудь под рукой.

– Я пытаюсь изменить себя, меняя свое окружение. – Это говорил Морли – истовый вегетарианец и ревностный приверженец невразумительных гуру. – Какого черта ты натворил? – Это был уже Морли-головорез.

– Эй! Что за прием? Мне осточертело сидеть взаперти, вот я и решил прогуляться сюда. Может, мне захотелось попикироваться с Плоскомордым.

– Здорово. И поэтому ты решил появиться здесь в таком виде. Ты похож на потерявшуюся собачонку, побывавшую в хорошей драке. – Он толкнул меня к зеркалу.

Левая сторона моей физиономии побурела от запекшейся крови.

– Дьявол! А я-то думал, что увернулся. – Похоже, Коротышка каким-то образом достал меня, пока мы танцевали над его дружками. Я до сих пор не чувствовал пореза. Ну и острый же у него нож!

– Что произошло?

– На меня набросилась шайка твоих чокнутых собратьев. Чако. – Я показал ему три ножа. Они выглядели, словно близнецы, у каждого – восьмидюймовое лезвие и желтоватая рукоятка слоновой кости с инкрустацией в виде маленькой стилизованной летучей мыши.