– Что ж, к делу, – сказал Морли, видя, что все на месте. – Гаррет, ты избавил меня от необходимости прогуляться. Я собирался заскочить к тебе после закрытия.

– Зачем? – Они смотрели на меня, словно я был экспонатом на выставке уродов, а не скромным экс-моряком, работающим на самого себя.

– Ты уверен, что не вляпался ни во что скверное?

– Уверен. В чем дело?

– Заходил Садлер. Большой Босс послал его с поручением во все питейные заведения. – Большой Босс – это Чодо Контагью, король танферского преступного мира. Очень плохой человек. Садлер – один из его заместителей, человек еще более мерзкий. – Кому-то нужна твоя голова, Гаррет. Большой Босс велел сообщить всем, что любой, кто попробует тебя тронуть, ответит перед ним.

– Продолжай, Морли.

– Разумеется, Чодо с заскоками, словно фея под кайфом. Ты, наверное, слышал, что у него мания на почве чести, взаимных любезностей, одолжений и тому подобной муры? Так вот, он считает, что в большом долгу перед тобой, и одержим желанием сберечь тебе жизнь. На твоем месте я спрятался бы за ним, как за личным домашним баньши.

Мне вовсе не нужен ангел-хранитель.

– Это хорошо только, пока он жив. – Большие Боссы умирают почти так же часто, как карентийские короли.

– И ты кровно заинтересован в его здоровье, не так ли?

– Рука руку моет, – прогремел Плоскомордый. – Может, ты все-таки ухватился за что-нибудь горячее, Гаррет?

– Говорю же вам – нет. За последние десять дней я принял всего двух кандидатов в клиенты и отказал обоим. Я не работаю. И не хочу работать. Слишком многие вокруг меня любят трудиться. А я совершенно счастлив, когда просто сижу и наблюдаю, как суетятся все остальные.

Морли и Тарп скорчили рожи. Морли трудился в поте лица, потому что считал, будто это ему на пользу. Плоскомордый работал без выходных, чтобы прокормить свое ненасытное брюхо.