А способности Шныря красноречивее всяких слов воздают должное кулинарным талантам старика. Шнырь откинулся на спинку стула, похлопал себя по пузу, вылил на Дина ведро фимиама, рыгнул и посмотрел на меня: - Ну, что у тебя, Гаррет? Я поднял бровь. Это один из лучших моих трюков. Еще я учусь шевелить ушами. Я знаю, дамы оценят этот талант по достоинству. - У тебя завелся клиент, которого ты хочешь по дружбе спихнуть мне, продолжал Шнырь, не дожидаясь ответа. - Как я понимаю, клиент - красивая женщина с хорошими манерами, иначе она не уломала бы Дина. А если бы и уломала, то ты не стал бы с ней разговаривать. Он что, подслушивал у замочной скважины? - Обыкновенный гений дедукции, не правда ли, Дин? - Если вы так утверждаете, сэр. - Он просто ошивался поблизости в надежде поживиться нашими объедками. Я пересказал Шнырю всю историю. Умолчал только о размерах гонорара. Ему ни к чему об этом знать. - Похоже, она действительно ведет какую-то игру, - согласился Шнырь. Ты говоришь, Джилл Крайт? - Так она назвалась. Ты знаешь ее? - Не уверен. - Он поковырял булавкой в ухе. - Вряд ли она важная птица. Дин внес персиковый пирог - кулинарный шедевр, который он создает исключительно к приходу гостей. Пирог был еще горячим. Дин не пожалел на него взбитых сливок. Шнырь приступил к делу с таким остервенением, словно собирался запастись жиром на следующий ледниковый период. Наконец мы отвалились. Шнырь зажег одну из зловонных черных палочек, которые он так любит, и начал излагать последние новости. Я не выхожу из дома неделями. Дин не склонен держать меня в курсе событий. Он надеется, что его молчание вынудит меня покончить с затворничеством. Старик никогда не говорит об этом, но он нервничает, когда я не при деле. - Самая крупная новость - Слави Дуралейник. Он опять отличился. - Что на этот раз? - Слави Дуралейник и война в Кантарде - предмет особого интереса в моем доме. Если Покойник не спит, он предается своему второму увлечению - пытается предсказать непредсказуемого наемника Дуралейника.