Когда появился этот грек, я спросил, не было ли у них парня в «кадиллаке».

— Мы должны были здесь встретиться, — сказал я, — а заодно и пообедать.

— Сегодня нет, — ответил грек, накрыл мне один из столов и поинтересовался, что я буду есть.

Я заказал апельсиновый сок, кукурузные хлопья, яичницу с ветчиной, энчильядос, блинчики и кофе. Он вернулся в мгновение ока, неся апельсиновый сок и кукурузное хлопья.

— Подождите минутку. Мне нужно вам кое-что сказать. Если тот парень не появится, то вам придется это, убрать. Честно говоря, я просто на мели.

— Я вам все это оставлю.

Видно было, что он меня раскусил, поэтому я предпочел забыть о парне в «кадиллаке». Потом до меня дошло, что ему что-то от меня надо.

— Эй, чем вы, собственно, занимаетесь, что вы умеете делать?

— Ну, знаете, то да се. А что?

— Сколько вам лет?

— Двадцать четыре.

— Вы молоды. Мне как раз нужен кто-нибудь помоложе. Здесь в помощь.

— У вас здесь красиво.

— А воздух! С ума сойти. Никакого тумана, не то что в Лос-Анджелесе. Тумана здесь вообще не бывает. Красиво и ясно, все время ясно.

— И закат тут должен быть хорош. Уже сей час это чувствуется.

— А как тут спится! Выразбираетесь в автомобилях? Сумеете починить?

— Разумеется. Я прирожденный автомеханик.

Он еще распространялся о воздухе, о том, насколько здоровее он себя чувствует с тех пор, как купил этот дом, и о том, что он не понимает, почему его помощники здесь долго не задерживаются.

Я бы мог ему это объяснить, но дал возможность выговориться.

— Ну? Думаете, вам бы тут понравилось?

К этому времени я уже допил кофе и закурил предложенную мне сигарету.